Карасев И. Август, взбудораживший Сталина и разочаровавший Гитлера

Глава 9

ШТУРМ, КОТОРОГО НЕ БЫЛО И НЕ МОГЛО БЫТЬ

История не математика, где от перестановки слагаемых сумма не изменяется: в мемуарных и в документально-исторических произведениях из-за фальсификации фактов меняются не только значимость исторических событий, но и заслуги участников боевых операций.

 


 

Это действительно так. И, к сожалению, этим пороком особенно страдали послевоенные мемуаристы. Поэтому и неудивительно, что чем дальше уходят годы Второй Мировой войны, тем сильнее и настойчивее звучат утверждения о том, что объективная история ее боевых операций до сих пор не воссоздана во всей полноте и всесторонности. Именно поэтому и роль элитных личностей этой войны до сих пор воспринимается под впечатлением, которое они успели создать о себе при жизни сами.

А вот то, что Конев сам насочинял немало небылиц, для создания авантюрного успеха своих полководческих способностей, есть существенная необходимость рассказать сейчас. И к тому же его же словами.

Примеры. В его личной биографии, опубликованной в «Военно-историческом журнале» №2 за 1994 год (ЦАМО, НСБ, инв. №10616) имеется вот такое веское утверждение:

«В июне 1943 года я был назначен командующим войсками Степного военного округа, который в июле был переименован в Степной фронт... Фронт участвовал в нанесении контрудара в Курской битве».

Такую же версию, но словами «Широко раскрылся полководческий талант Конева при командовании войсками в «Курской битве» излагает на 351 странице и редакция «Военного энциклопедического словаря» (Москва, Воениздат, 1983).

Но увы! Это собственное утверждение и вышеуказанную энциклопедическую версию сам же Конев опровергает на странице 22 в своих мемуарах под названием «Записки командующего фронтом» таким образом:

«В период Курской битвы они (то есть войска Степного фронта. Прим. И.К.) использовались по частям и не для активных действий, а главным образом для усиления войск Воронежского фронта».

Пояснение Г.К.Жукова на странице 471 его книги «Воспоминания и размышления» гласит следующее:

«Ставка правильно использовала Степной фронт. Если бы его силы в ходе оборонительного сражения не были введены для усиления Воронежского фронта, то последний мог оказаться в крайне опасном положении. Такого хода событий нам никак нельзя было допустить».

Комментарии здесь излишни. Но вот такое автобиографическое утверждение «В итоге ряда последовательных операций войсками Степного фронта были освобождены Белгород, Харьков...» нуждается в детальном аргументированном опровержении. И вот почему.

«Белгород. Оккупирован 18 марта 1943г. Освобожден 5 августа 1943г. войсками Степного фронта в ходе Белгородско-Харьковской операции...

Войскам, участвовавшим в освобождении Белгорода, приказом ВГК от 5 августа 1943г. объявлена благодарность и в Москве дан салют 12 артиллерийскими залпами из 120 орудий».

В порядке комментариев - вот такое критическое резюме Г.К.Жукова («Воспоминания и размышления», стр. 473-474):

«Контрнаступление в районе Белгорода началось утром 3 августа... Во второй половине дня были введены в прорыв 1-я и 5-я гвардейские танковые армии, которые к исходу дня своими передовыми соединениями продвинулись до 30-35 километров, завершив поражение всей тактической обороны на этом участке.

Степной фронта не имел таких мощных средств прорыва, как Воронежский, и его наступление здесь развивалосьнесколько медленнее... Но это нас не очень волновало,так как ударная группа Воронежского фронта успешно продвигалась вперед, выигрывая фланг белгородской группировки противника. Поэтому немецко- фашистское командование, почувствовав угрозу окружения,к исходу 4 августа начало отвод своих войск, что дало возможность войскам Степного фронта ускорить продвижение вперед. В 6 часов утра 5 августа в Белгород вступили войска Степного фронта».

Вывод. Отвод войск из Белгорода противник совершил из-за боязни окружения войсками Воронежского фронта, а салют в Москве был дан в честь войск Степного фронта.

То же самое произошло и во время освобождения Харькова. Командующий немецкой группировкой генерал Кемпф 22 августа 1943 года вывел беспрепятственно свои войска из Харькова потому, что танковые дивизии 4-й немецкой танковой армии в течение десятидневного контрнаступления так и не смогли прорваться к Харькову через боевые позиции войск Воронежского фронта. И здесь вполне уместно свидетельство немецкого фельдмаршала Манштейна, изложенное им на 555 странице своей книги «Утерянные победы»:

«Противник еще больше теснил на запад 4-ю танковую армию и намеревался одновременно обойти с запада группу Кемпфа в проделанной им бреши, чтобы окружить ее в Харькове... Двадцать второго августа Харьков был сдан».

Еще раз уточним. «Противником...», который проделал в немецкой обороне «брешь», точнее прорвался в тыл группы армий «Юг» фельдмаршала Манштейна почти на 140 Километров и неотвратимо теснил на запад 4-ю немецкуютанковую армию, были воины 4-й гвардейской, 1-й танковой, 27-й и 6-й гвардейских армий Воронежского фронта.

Комментарии о том, что армии Воронежского фронта в провале решающего замысла Манштейна - взять реванш на Харьковщине за неудачу под Курском - сыграли главную роль,считаем излишними. После всех вышеприведенных аргументов только недоумки могут продолжать утверждать обратное.

То же самое следует сказать и о деталях Харьковской боевой операции 3-23 августа 1943 года. На 190 странице книги Института военной истории «Гриф секретности снят» (ЦАМО, инв. № 9748) приведены вот такие сведения:

«Численность личного состава Воронежского фронта - 739 400 воинов, а Степного - 404 600. Почти вдвое меньше.

По техническим средствам разница тоже довольно значительная. Воронежскому фронту было выделено 8 танковых корпусов и два механизированных, а Степному - всего лишь один механизированный корпус.

И не случайно. Войска Степного фронта были надежно прикрыты с запада и северо-запада армиями Воронежского фронта, принявшими на себя всю мощь удара танковых дивизий армий немецкой группы «Юг». Именно поэтому фронту И.С.Конева поручалось лишь изолировать и разгромить находившуюся в Харькове группировку немецкого генерала Кемпфа. По численности личного состава войска Степного фронта превосходили численность данной группировки почти вдвое, а по орудиям и минометам в 6,5 раз».

Сведения эти изложены в книге самого И.С.Конева «Записки командующего фронтом» на странице 37. И там же он открыто излагает свой замысел выполнения боевого задания Ставки ВГК таким образом:

«10 августа мною была отдана директива наовладение Харьковом. Основная ее идея состоялав том,чтобы оборонявшуюся в районе Харькова группировку противника разгромить на подступах к Харькову, в поле.Мы отчетливопредставляли, что борьбав городе, который так тщательно подготовлен к обороне, потребует от войск очень больших усилий, будет чревата значительными потерями личного состава и может принять затяжной характер.

Кроме того, бои в городе могли привести к ненужным Потерям среди гражданского населения, а также к разрушениям жилых зданий и уцелевших промышленных предприятий.

Надо было сделать все, чтобы в полевых условиях расколоть и разбить вражескую группировку по частям, лишить ее взаимодействия с танковыми войсками, наносившими контрудар в районе Богодухова, изолировать город от притока танковых резервов с запада».

Здесь пока поставим точку и заявим следующее. Автор вышеизложенных строк - бывший командующий Степного фронта генерал-полковникИ.С.Конев в своих мемуарах «Записки командующего фронтом» ни словом не обмолвился о выполнении своих же. в принципе логичных, реальных суждений.

Более того, он скрыл от читателей самое главное - о том, задача Ставки ВГК - «...уничтожить противника на подступах к Харькову» армиями И.С.Конева не была выполнена.

Еще раз уточним. В его книге и в целом ряде его послевоенных публикаций этот самый важный факт военных действий Степного фронта скрыт. Но в документах штаба его фронта, которые хранятся в Подольском Центральном Архиве (ЦАМО РФ, оп. 2779, д. 424), этот факт запечатлен так:

«Оперативный отдел Степного фронта

Командармам 7-й гвардейской, 53-й, 69-й, 57-й, 5-й гвардейской танковой и 5-й воздушной армий

Копия: Отделу по использованию опыта войны Генштаба Красной Армии

7 августа 1943 г. командующим Степным фронтом отдан боевой приказ № 00642\оп в котором говорится:

1.                         Танковыеармии Воронежского фронта, успешно Продвигаясь вперед, овладели Золочев, Казачья Лопань, Богодухов.

2.                Войсканашего фронта 7.00 7.08.1943г. боевой задачи не выполнили.

 

Приказываю:

Войскам фронта с 7.00 7.08.1943г. развивать энергичное наступление решительными и мощными артиллерийскими ударами уничтожить прикрывающие части противника и к исходу дня выйти на рубеж: Отрадный, Черемушное, Волково…

 

Командующий войсками Степного фронта генерал-полковник    Конев

Начальник штаба Степного фронта генерал-лейтенант            Захаров

Верно: Нач. Оперотдела СФ полковник                                Костылев

 

 «Командармам 53,69,57 и 7 гв. армий

12.081943г.

Противник продолжает свои попытки удерживать подступы к г. Харьков, усиливая свои позиции отдельными, наспех брошенными частями. Войска фронта задачу 12.08.43г. не выполнили.

Приказываю:

Командармам поставленную армиям задачу дня приказом № 00550\оп выполнить 13 августа.

Требую от командармов личной организации боя 13.08 и проявления решительности в выполнении задачи...

Командующий войсками Степного фронта генерал-полковник    Конев

Начальник штаба Степного фронта генерал-лейтенант            Захаров

Верно: Нач. Оперотдела СФ полковник                                 Костылев

 

 

«Командармам 53, 69, 7 гв.,57 и 5 ВА

                                    16.08.43г.

Копия: тов. Юрьеву

Начальнику Генштаба Красной Армии

1.                                      Противник  в прежней группировке пытается упорно сдерживать наступление непосредственно на подступах к г. Харьков.

2.                               Армиям Степного фронта ставлю задачу 17.08.43г. прорвать оборону противника и ударом на флангах окружить и уничтожить Харьковскую группировку противника и занять г. Харьков.

3.                Приказываю:

А) Командарму 53-й армии совместно с 1-м механизированным корпусом с утра 17.08. силами трех стрелковых дивизий прорвать оборону противника на фронте: восточнее Полевое и к исходу дня 17.08. выйти на фронт - Старый Люботин, Гавриловка. 1-й мсхкорпус использовать для развития успеха и к исходу дня 17.08. выйти в район Коротич, Высокий Поселок, захватить переправы на р. Мерефа.

Отдельные танковые полки и полк самоходной артиллерии использовать на главном участке прорыва. Артилле­рийскую дивизию использовать на направлении прорыва...

Б) Командарму 69-й армии с утра 17.08 силами двух стрелковых дивизий прорвать оборону противника на фронте населенных пунктов Зайчик, Северный пост и нанести удар в направлении совхоза Октябрь, Подворки. К исходу дня выйти на фронт Песочин, Залютино...

В) Командарму 7-й гв. армии с утра 17.08 силами трех стрелковых дивизий прорвать оборону противника на фронте Тракторный завод и нанести удар в направлении Основа. К исходу дня выйти на фронт:Филипово, Карачаевка...

Г) Командарму 57 с утра 17.08. силами трех стрелковых дивизий 27-го стрелкового корпуса прорвать оборону противника на фронте: Чинихин, Лялюки и нанести удар в направлении станции Безлюдовка, Ржавец. К исходу дня выйти на рубеж: Бабаи, Хорошево...

Конев           Захаров                       Сусайков

Верно: Нач. оперотдела штаба СД полковник Костылев»

 

Здесь прежде всего необходимо отметить,что ни 17 августа, ни в течение последующих дней, вышепоставленная задача — на подступах к Харькову уничтожить Харьковскуюгруппировку противника Степным фронтом так и не былавыполнена. А вышеперечисленные населенные пункты Коротич, Высокий Поселок, Песочин, Залютино, Бабаи, Хорощево были освобождены лишь 28-29 августа, точнее спустя 10-12 дней, что подтверждается на страницах 429-436 сведениями Архивного Управления Совета Министров Украинской ССР в сборнике документов и материалов под названием «Немецко- фашистский режим на Украине» (Киев, 1963).

Почему? Почему? Почему? В документах штаба Степного фронта (ЦАМО РФ, фонд 240, оп. 2779, д.389) ответ на такой естественный вопрос частично изложен в форме вот такого уклончивого пояснения:

«Кроме перечисленных положительных сторон в этой же операции имели место следующие недочеты в динамике боя и тактике действий войск:

А) не всегда полностью использовалась мощь артиллерии, были случаи отставания артиллерии от пехоты и танков;

Б) огонь артиллерии в большинстве случаев велся с отдаленных позиций, неуправляемый общевойсковыми командирами, вследствие чего артиллерия не могла своевременно и быстро маневрировать огнем и подавлять наиболее вредящие огневые точки;

В) в ходе наступления войск отмечались случаи потери связи с соседней 69-й армией и плохо обеспечивались стыки и фланги;

Г) недостаточно четко действовала общевойсковая разведка, имелись случаи отрыва противника от наших передовых войск (53,57 и 5 гв. танковая дивизия);

Д) отмечался ряд случаев лобовых атак ибезынициативности командиров в проведении наступательный действий (69 армия);

Е) не всегда прочно и быстро закреплялись вновь захваченные рубежи (57, 7 гв. армии), пехота на вновь захваченных рубежах не скапливалась.

Недостаточно уделялось внимание взаимодействию родов войск;

А) артиллерийские начальники, поддерживающие танковую атаку и пехоту, управляли огнем артиллерии с дальних НП и не использовали в качестве передовых НП рации танков;

Б) имелись случаи, когда танки бросались в атаку без должной артподготовки, ввиду чего пехота отсекалась от танков огнем противника, и тоже не имели полного успеха;

В) боевые действия танков и пехоты не всегда обеспечивались достаточным авиационным прикрытием, а пехота недостаточно оповещала свою авиацию о своем переднем плане и, как правило, ракетное наведение штурмовой авиации на важные узлы сопротивления противника;

Г) инженерные части не всегда вели разведку укреплений противника, и пехота в результате этого иногда не имела надлежащего успеха.

Начальник оперативного отдела

Штаба Степного фронта

Полковник                                                                        Костылев

 

Ст. помощник нач. оперотдела

Степного фронта

Подполковник                                                                  Макаров»

 

Для внешней объективности недостатков перечислено действительно много. Но нет ни единого примера о конкретных результатах этих «недостатков». Поэтому приведем свидетельства из других документальных источников:

«Противник, защищая Харьков, продолжал упорно обороняться на рубеже: Шевченки, Глубокий Яр, высота 178,5, Горяев, Заикин, Платформа Лосево, Логачевка, Лямки,имея подвижную танковую группу в районе Кулиничи,Платформа.

Для усиления огневой силы противник из других участков фронта стянул артиллерию на главное направление и в течение 14.08.43г. оказывал сильное сопротивление наступлению наших частей...

Ближайшая задачаовладеть тракторным заводом, в дальнейшем Лосево, Немышля. Начав наступление с частями 36-й гвардейской стрелковой дивизии, достигли: 201-я танковая бригада юго-западной окраины Кулиничи. Остальные части станкостроительный завод.

Пехота, отрезанная от танков артиллерийским и минометным огнем, продвигаться не смогла. Танки продвигаться без пехоты не смогли. 201 танковая бригада получила приказ отойти в район Байрак для приведения в порядок и восстановления материальной части.

27-я гвардейская отдельная бригада и 167-й танковый полк были сосредоточены в совхозе им. Ленина. 262-й отдельный танковый полк ввиду неисправности матчасти был отведен для ее восстановления и ремонта.

На 18.08.1943г. 36-й гв. стрелковой дивизии во взаимодействии с танковыми частями была поставлена задача энергичными действиями при поддержке полевой артиллерии овладеть высотой 178,5...

Однако, из-за сильного воздействия флангового огня противника из направления Кулиничи (в этот момент Кулиничи снова были взяты немцами) и лобового огнясамоходной артиллерии со стороны рощи юго-западнее Кулиничи201-ятанковая бригада дальше продвинуться не смогла.Потеряв при этом 6 танков(4 сгорело, 2 подбито), бригада отошла_на исходные позиции.

27-я гвардейская танковая бригада в составе трех танков Т-34 и одного Т-70 с двумя танками 262-го танкового полка и двумя самоходными установками (СУ122 иСУ76)1438-го самоходного артиллерийского полка 36-й гв. стрелковой дивизии получила задачу наступать в направлении тракторного завода, Лосево, Федорцы, Молчаны.

В 8.00 после артподготовки, совместно с пехотой начали атаку переднего края и под сильным огневым сопротивлением,бригада достигла юго-западных скатов высоты 178,4. Однако, пехота под воздействием сильного артиллерийского минометного огня залегла и продвигаться дальше не смогла.

Танки на юго-западных скатах высоты подверглись сильному артиллерийскому обстрелу из направлений Горяево, Кулиничи, Заикин, тракторный завод. Продвигаться дальше не смогли и вынуждены были отойти на исходные позиции».

Это документ бронетанковых войск Степного фронта (Архив ЦАМО) фонд 341, опись 5312, дело 274). А вот свое откровение по поводу не выполнения боевых заданий командования Степного фронта, командующий войсками 69-й армии гвардии генерал-лейтенант В.Д.Крюченкин в своем приказе за № 0184\оп от 19 августа 1943 года изложил так:

«В результате личной проверки частей по выполнению боевой задачи дня частями 48-го стрелкового корпуса в ходе боевых действий корпуса 18.08.43г. были выявлены следующие недостатки.

В частях дивизии управление ближним боем проходит крайне неудовлетворительно. Командиры взводов, рот и батальонов в результате боя отрываются от своих подразделений и совершенно не управляют огнем ближнего боя, а командиры полков и дивизий не проверяют и не контролируют, в результате чего части, неся излишние потери в личном составе и материальной части, не имеют продвижения и весь день топтались на месте, не выполнив поставленной задачи дня. Несмотря на то, что противник совершенно не вел автоматного и пулеметного огня.

За исключительно плохую организацию и контроль ближнего боя и управление огнемза невыполнение поставленной задачи дня на 18.08.43г. командиру 305 Белгородской стрелковой дивизии полковнику Васильеву объявляю выговор.

Командиру 107 стрелковой дивизии генерал-майору Бежкоставлю на вид.

На командира 1004 стрелкового полка 305 стрелковой дивизии подполковника Городецкого, командира 516 стрелкового полка 107 стрелковой дивизии майора Горбушина командирам соответствующих дивизий наложить взыскание своей властью и предупредить их - в случае повторения указанных недочетов в руководстве боем будут сняты с должности и переданы суду Военного Трибунала.

Командиру 48 стрелкового корпуса генерал-майору Рогозному обратить серьезное внимание на вышеуказанные недочеты и принять меры к их устранению.

Приказ довести до командиров полков и их заместителей».

Несомненно, во время осуществления боевых операций были и выше описанные случаи явной безответственности и явной трусости командного состава. Но главная причина не выполнения армиями основной задачи — «... в полевых условиях расколоть и разбить вражескую группировку по частям» кроется в трех исторических факторах.

Первый. Сам Конев кроме послевоенных славолюбивых рассуждений в своих мемуарах «Записки командующего фронтом» (стр.37), этот очень важный вопрос практически ни в одном из своих боевых приказов перед войсками фронта не ставил.

Второй фактор заключается в декларативности боевыхдокументов, адресованных И.С.Коневым воинам своего! фронта.

Пример: «Командарму 57 армии

     Командармам, комкорам, комдивам, комполков

День 15 августа - день решающего сражения за Харьков.

Приказываю всем рядовым, сержантам, офицерам, генералам напрячь все силы и проявить воинское умение; разбитого врага добить и Харьков взять сегодня.

Вперед! Доблестные воины степного фронта

На Харьков. За Сталина. За Родину вперед.

Командующий фронтом                                                          Конев

Генерал-полковник

15.08.1943г.

Верно: ст. помощник начальника оперативного штаба

Степного фронта                                                            подпись».

А третий фактор вообще вопиющий. И лучше его сразу изложить документально:

«Мой наблюдательный пункт был оборудован на высоте 197 и совмещен с наблюдательным пунктом генерала И.М.Манагарова. Отсюда я и руководил боевыми действиями по Освобождению Харькова».

Это личные сведения И.С.Конева, опубликованные им на 39-й странице своих мемуаров. И, в порядке комментариев, уточняем, что эта высота находится в 18 км от Харькова в районе населенного пункта Солоницевка. Южнее этой высотыкак раз и находится та самая дорога, по которой 22 августа 1943года фактически совершенно беспрепятственно и ушла из Харькова в юго-западном направлении та самая многотысячная немецкая группировка генерала Кемпфа. Та самая, которую, согласно задания Ставки Верховного Главнокомандования Сталина, обязаны былиразгромить армии Степного фронта!

И возможность, с военной точки зрения, 22 августа 1943 года была распрекрасная: кинжальным методом артиллерийского огня двухсторонних засад. Тем более, что, как признается на 37 странице своих мемуаров сам Конев, «…войска Степного фронта были усилены 4234 орудиями и минометами при соотношении 6,5:1 в нашу пользу».

Более того, на 39 странице своих мемуаров об этой возможности пишет и сам Конев:

«Чтобы ускорить овладение Харьковом, я отдал приказ сосредоточить 5-ю гвардейскую танковую армию в районе леса южнее села Полевое. Ударом на Коротич она должна была перерезать противнику пути отхода из Харькова на запад и юго-запад.

Используя наведенные ночью переправы и проходы через железнодорожную насыпь и сосредоточив свои танки на южном берегу Уды, 5-я гвардейская танковая армия перешла в наступление и охватила группировку врага в районе Харькова с запада и юго-запада, а 57-я армияс юго-востока.

Для группировки противника в районе Харькова создалась угроза полного окружения. В его распоряжении осталась лишь одна железная и одна шоссейная дороги...»

Но, увы, дорогой читатель! Эти строки Конев написал и опубликовал спустя 29 лет. Написал, когда был членом Центрального Комитета КПСС и занимал высшие командные посты в Вооруженных Силах СССР. Поэтому и неудивительно, что его мемуарные вымыслы в то время были распространены сотнями тысяч тиражей. И сознание целого ряда поколений того времени настолько было запропагандировано, что в исторических изданиях и в настоящее время еще повторяется его преднамеренная ложь. А на Харьковщине та самая безликая высота 197, на которой он «проспал» отход из Харькова немецкой группировки, даже официально увековечена как «Высота маршала Конева». Хотя как командующий Степного фронта он имел чин лишь генерал-полковника.

Впрочем, всевышний судьявремя еще скажет свое слово и по этому поводу. А сейчас вернемсяк 22 августа1943 года. Вот о чем свидетельствуют подлинные документытого фронтового времени:

«Командарму 5-й гвардейской танковой армии Ротмистрову в составе 18 танкового корпуса и 5-го гвардейского механизированного корпуса с утра 21 августа с фронта ПересечнаяГавриловка перейти в решительное наступление в этом направлении на Коротич-Бабаи и окружить с юга Харьковскую группировку противника...

Командующему 53 армии Манагарову установить взаимодействие с 5 гвардейской танковой армией и обеспечить ее артиллерийской поддержкой».

Это выписка из приказа командующего Степным фронтом И.С.Конева за № 00581\оп от 20 августа 1943 года. А вот боевое донесение о выполнении вышеуказанного задания под названием «Отчет о боевых действиях 5 гвардейской танковой армии», который хранится в Подольском Центральном Архиве (ЦАМО РФ, ф. 332, оп. 4948, д.31):

«К выполнению поставленной задачи армии приступили в 9.00 21.08.1943г.

В районе Пересечная, Гавриловка переправ через реку не оказалось. Действующими в этом районе стрелковыми частями 53 армии не был обеспечен даже плацдарм на южном берегу р. Уды для наведения переправ.

Противник, занимая командные высоты на южном берегу р.Уды, и группами автоматчиков непосредственно за линией железной дороги подвергал сильному артиллерийскому и минометному обстрелу переправлявшиеся через найденный брод части 18 танкового корпуса и передового отряда армии.

Во время переправы, в результате плохо проведенной разведки15 танков застряли в заболоченных берегах реки Уды,часть танков подорвалось на минах...

Только к 17.00 21.08.43г. части 18 танкового корпуса и передового отряда танковой армии закончили переправу через р.Уды и приступили к выполнению задачи. Противник оказывал сильное огневое сопротивление с рубежа высот южнее реки Уды...

С рассветом 22.08.43г. в бой был введен 5 гвардейский механизированный корпус, который получил задачи до 6.00 переправиться через реку Уды в районе Пересечная, Гавриловка, ударом в направлении Коротич, Бабаи к исходу дня выйти в район Бабаи и закрыть путь отхода Харьковской группировки противника на юго-запад...

К исходу 22.08.43г. части танковой армии ворвались в Коротич и заняли его...

С целью обеспечения отхода своих частей из Харькова в юго-западном направлении, противник подбросив значительные силы в район Коротич и, поскольку он не был занят нашей пехотой, атаковал и занял его, отрезав передовые отряды 5 гвардейского механизированного корпуса и 18 танкового корпуса...

Попытки главных сил 18 танкового корпуса и 5 гвардейского механизированного корпуса прорваться к своим, противником были отбиты.

В течение 23 и 24.08.1943г. части армии вели бои на северной окраине Коротич. Попытки овладеть Коротич успеха не имели».

Итог: «В результате боев в районе Коротич с 21.08 по 31.08.43г. частями армии понесены потери танков Т-34 114шт, танков Т-70 15 шт., убито 451 чел., ранено 806 чел.» (ЦАМО РФ, ф. 5гв.ТА, оп.4948, д.31, л.99).

Конечно в числе оппонентов, наверняка, найдутся и такие, особенно из ветеранов 53-й армии Степного фронта, которые из личного принципа будут отрицать военно- архивные документы: мол, мемуарная версия маршала Конева пока новыми обладателями власти не опровергнута.

Логично. Поэтому в порядке моральной отповеди приведем здесь еще и живое свидетельство заявление бывшего начальника штаба 219-й танковой бригады, полковника в отставке Потехина Николая Ивановича, ныне председателя ветеранов этой прославленной Берлинской, орденов Красного Знамени, Суворова, Кутузова, Богдана Хмельницкого воинской части:

«21 августа с рубежа Пересечная был введен 18-й гвардейский танковый корпус, а с рассветом 22 августа и 5-й гвардейский механизированный корпус 5-й гвардейскойтанковойармии с задачей наступатьв направлении Коротич, чтобы закрыть последние пути отхода на запад войск противника.

Немецкое командование, подтянув из Харькова большие силы танков, мотопехоты, артиллерии и, применив против наших танков огнеметы, заняло господствующие высоты севернееКоротич. Затем с помощью бомбардировочной и противотанковой авиации выбил нашу часть из Коротич. При этом в окружении оказалось несколько наших подразделений. Танкисты вели ожесточенный бой, потеряли много людей и техники. Одна танковая рота под командованием старшего лейтенантаТимофеева И.Г. прорвалась к северной окраине Коротича, но тоже попала в окружение.

К исходу 22 августа по приказу командующего 53-й армии 1-й механизированныйкорпус был выведен из боя в ближайший тыл для доукомплектования техникой и людьми.»

Что же касается судьбы остальных частей 5-й гвардейской танковой армии, то они тоже вскоре были выведены из боевых операций, поскольку общие потери личного состава армии на 1 сентября 1943 года составили 8756 человек (ЦАМО, ф. 5гв.ТА, оп. 4552, д.9)

Следовательно, третий Фактор – не выполнение задания Ставки ВГК по разгрому харьковской группировки немецкого генерала Кемпфа в полевых условиях тоже возник по вине И.С.Конева и его штаба, не проконтролировавших своевременное выполнение командующим 53-й армии даже приказа №00581 от 20.08.43г.

Здесь можно было поставить и точку относительно полководческих способностей И.С.Конева как командующего Степным фронтом. Если бы он не сочинил еще один не менее гнусный вымысел. В его мемуарах, на странице 40 содержание этого творения изложено так:

«Во второй половине дня 22 августа немецко-фашистские войска стали отходить из района Харькова. Чтобы не дать возможности противнику уйти из-под ударов, вечером 22 августа я отдал приказ о ночном штурме Харькова.

Всю ночь на 23 августа в городе шли уличные бои, полыхали пожары, слышались сильные взрывы. Воины 53, 69, 7-й гвардейской, 57-й армии и 5-й и,пгвардейской танковой армии, проявляя мужество и отвагу, умело обходили опорные пункты врага, просачивались в его оборону, нападали на его гарнизоны с тыла. Шаг за шагом советские воины очищали Харьков от фашистских захватчиков.

Ворвавшись в город на рассвете 23 августа части 183-й стрелковой дивизии успешно наступали по Сумской улице и первыми вышли на площадь Дзержинского. Войны 89-й гвардейской стрелковой дивизии по Клочковской улице вышли к зданию Госпрома и водрузили над ним Красное Знамя.

К 11 часам 23 августа войска Степного фронта полностью освободили Харьков. Большая часть группировки, оборонявшей город, была уничтожена. Остатки ее отступили».

Обращаемся к здравомыслящим. Будьте внимательны. Обратите внимание на невероятные противоречия данного сочинения.

Во втором абзаце утверждается, что «всю ночь на 23 августа в городе шли уличные бои...»

А в третьем абзаце говорится, что «ворвавшиеся в город на рассвете 23 августа части... успешно наступали по Сумской улице...»

Вопрос. Зачем было врываться в город на рассвете, если в нем «всю ночь...шли уличные бои...»?

Ответ. С точки зрения логики «врываться» в открытую дверь большая глупость.

Второй вопрос. Как могли «Воины...7-й гвардейской и 57-й армий... Шаг за шагом очищать Харьков от фашистских захватчиков», если их воинские части, как свидетельствуют вышеизложенные документы, находились не в Харькове, а в районах Лялюки, Карачевка, Хорошево, Ржавец, Мовчаны, Безлюдовка, Васищево?

Ответ. В порядке дополнительных аргументов,специально для нахрапистых оппонентов, приводим документ за №НР-00567 от 18 августа 1943 года за подписью самого Конева и его начальника штабагенерал-лейтенантаМ.В.Захарова:

«Командарму 7 гвардейской армии, генерал- дёйтенанту тов. Шумилову

Копия: Юрьеву, начальнику Генштаба Красной Армии

В целях усиления удара фронта южнее Харькова

Приказываю:

1.Командарму 7 гвардейской армии на правом фланге и центре армии силами 4 и 5 стрелковых дивизий перейти к жесткой обороне. Особо обратить внимание на создание прочной обороны противотанковой на направлении Рогань и дорог севернее, идущих из Харькова на северо-восток и восток.

На левом фланге создать группировку в составе 5-6 стрелковых дивизий и 19.08.1943г. в 12 часов прорвать оборону противника на фронте Логачевка, Студенец, Ледное...»

Комментарии. Результаты этого наступления изложены в документе командующего бронетанковыми и механизированными войсками 7-й гвардейской армии Шабанова под названием «Боевые действия бронетанковых войск в Харьковской операции». Документ хранится в Подольском Центральном Архиве (ЦАМО РФ, ф. 7-й гв. армии, оп. 5312, д.274) и гласит следующее:

«К 20 августа 1943 года бронетанковые части в составе 27 гвардейской танковой бригады, 167 танкового полка, 262 ТПП и 1438 САП сосредоточились в районе Рогань с задачей... способствовать частям 213-й стрелковой дивизии в овладении высотой 163 и населенными пунктами Лялюки, Хролы, Пономаренки, Логачевка, Индустриальный...

К 18.00 танки, прикрываясь складками местности, достигли юго-западной Окраины селения Лялюки и, ведя огонь с места, способствовали пехоте его овладению. Дальше продвигаться не смогли, так как встретили минное поле, а проходы саперами дивизии не были проделаны.

В течение 21.08.1943г. бронетанковые части совместно с 213 стрелковой дивизией вели бой за Логачевку...

23.08. достигнув западной окраины поселка Жихярь наступление было приостановлено из-за отсутствияпереправ на реке Уды, а мосты на участке Основа-Безлюдовка быливсе взорваны».

Выводы. Вышеприведенные документы тоже свидетельствуют о том, что войска 7-й гвардейской армии не только не участвовали, но и не могли участвовать в так называемом «штурме» Конева, поскольку выполняли в это время совершенно другое его же боевое задание.

То же самое подтверждают и военно-архивные документы 57-й армии. Так, например, в документе начальника Степного фронта генерал-майора М.В.Захарова, который был в 19.00 22 августа отправлен командующему 57-й армии генерал-лейтенанту Н.А.Гагену, сказано:

«Обстановка складывается так, что противник может ночью отвести свои войска из Харькова.

В связи с этим командующий фронтом приказал:

Немедленно начать активные действия, продолжая их ночью в направлении Хорошево с задачей выйти на рубеж. Бабаи, Ржавец...»

Следовательно, войска 57-й армии, выполняя такое боевое задание, не могли одновременно участвовать еще и в «штурме» Харькова.

То же самое подтверждают и военно-архивные документы оперативного отдела Полевого Управления 53-й армии (ЦАМО, ф. 53А, оп. 10057, д. 146). В частности 22 августа 1943 года командирам 28-й гвардейской, 84-й, 252-й, 299-й стрелковым дивизиям и 48 стрелкового корпуса штабом данной армии были поручены вот такие боевые задачи:

«28-й гвардейской стрелковой дивизии совместно с 1316-м истребительно-противотанковым артиллерийскимполком и 228-м минометным полком наступать в направлении северной окраины Коротич, Березовое...»

«84-й стрелковой дивизии совместно с 212-м и 220-мминометными полками наступать в направлении урочище Шамрайка, стык дорог 2,5 км западнее Коротич...»

«252-й стрелковой дивизии совместно с 232-м истребительно-противотанковым артиллерийским полком насту­пать в направлении Старый Люботин...»

«299-й стрелковой дивизии совместно с 532-м истребительно-противотанковым артиллерийским полком наступать в направлении Козаровка, Ревчик, Медвежье, Любовка...»

Вывод: вышеприведенные военно-архивные документы Великой Отечественной войны (ЦАМО РФ) безапелляционно утверждают, что ни 7-я гвардейская, ни 53-я, ни 57-я армии Степного фронта, в силу выполнения боевых заданий командования данного фронта за пределами города Харькова, не могли и не участвовали в ночь на 23 августа 1943 года в выполнении мемуарного замысла маршала И.С.Конева.

Вместе с тем, считаем необходимым отметить, что в Подольском Центральном Архиве МО РФ действительно имеется единственная претензия именоваться участником «штурма» Харькова. Автор её — командующий 69-й армии генерал В.Д.Крюченкин. Претензия называется «Боевое распоряжение №00205\оп штабарм 69». Издано распоряжение в 23 часа 30 минут 22 августа 1943 года. И гласит следующее:

1. «Противник, продолжая удерживать частями прикрытия занимаемый рубеж обороны, отводит войска из г. Харькова в южном и юго-западном направлениях. Город Харьков горит. Слышны взрывы.

2. Войскам армии по всему фронту перейти в наступление и преследование противника.

Задача: Штурмом овладеть г. Харьков, отрезая пути отхода противнику на западную окраину города, уничтожая его.

3. 94-й гвардейской стрелковой дивизии...совместно с 305-й гвардейской стрелковой дивизии и 96-й танковой бригадой через Савченки перейти в наступление в направление Залютин, отрезая пути отхода противника из Харькова.

4. 305-й гв. стрелковой дивизии с 96-й танковой бригадой перейти в наступление с задачей овладеть Савченки, Залютин Яр...

5. 375-й стрелковой дивизии перейти в наступление в направлении Залютино, Новая Бавария с задачей овладеть станцией Харьков...

6. Командиру 35-го гвардейского стрелкового корпуса... В случае обнаружения отхода противника, перейти в наступление сзадачейовладеть г. Харьков с севера и выйти на юго-западную окраину города.

183-й стрелковой дивизии - выйти в район станции Залютино...

93-й гвардейской стрелковой дивизии - выйти в район Елизаровка».

Как видим, согласно этого распоряжения 96-я танковая бригада и четыре стрелковых дивизии (94-я, 305-я, 183-я и 93- я) должны были выполнять боевые задания за пределами Харькова. А 375-й стрелковой дивизии не довелось участвовать в «штурме» станции Харьков, поскольку станция и все железнодорожные пути оказались основательно взорванными;

Что же касается задания 35-му гвардейскому стрелковому корпусу «...выйти на юго-западную окраину города», то его воинские подразделения выполнили полностью и беспрепятственно. Так же, как и целый ряд других частей этой армии, что подтверждается вот такими никем не опровергнутыми свидетельствами, опубликованными не только в периодической прессе, но даже в сборнике «В боях за Харьковщину», который был подготовлен Партийным архивом Харьковского обкома Компартии Украины:

«Примерно в 5 часов утра 23 августа 1943 года, когда уже совсем рассвело, через телефонистку Момот командир 227-го полка 183-й дивизиимайор В.Е.Сажинов потребовал к телефону кого-нибудь из начальников. Чтобы выяснить в чем дело, я первым взял трубку и услышал взволнованный голос: «Нахожусь на площади Дзержинского, сопротивления не встречаю, продолжаю движение к вокзалу». Я передал майору, что сейчас попрошу к телефону командующего, и доложил о сообщении. Генерал Конев выслушал доклад, положил трубку и, подойдя ккомандующему 53-й армии, негромко сказал: «ну, Манагаров, поворачивай все на Люботин».

Это свидетельство генерал-майора связи в отставке, бывшего начальника связи 53 армии Д.Г.Макаренко («Вбоях за Харьковщину», стр. 352. Харьков, «Прапор», 1978).

Но особенно большое негодование в среде защитников Конева вызвала публикация свидетельства разведчика 69-й армии Кузьмы Кайдалова, в которой были вот такие строки:

«А ночью под 23 августа мы в очередной раз пошли за «языком». Слышим немцы стреляют чуть ли не из всех видов оружия. Это у них была такая привычка, чтобы не нести на себе лишнего перед отходом. И действительно. Вползаем в траншею никого. Мы потихонечку по Сумской и почапали. Наша обязанность такая, преследовать противника, обозначить его новую линию обороны. Подошли к парку Горького, а там народу стоит стена. Ждут. Ведь все уже знали, что фрицы ушли. Постояли мы здесь с людьми чуть-чуть и двинулись дальше. Уже светало. Возле центрального универмага увидели двух немецких мотоциклистов. Обстреляли они нас и рванули наверх по Свердлова. А мы свернули на Рыбный мост и пошли на Баварию. Оказалось, что там неподалеку от речки, немцы остановились». (Харьковская областная газета «Время» за 26 августа 1999года, статья А.Генкина «Освободитель Кузьма Кайдалов» «Вползли в траншею никого, мы потихонечку по Сумской и почапали...»)

Факт самовольного ухода немецких войск из Харькова 22 августа 1943 года подтверждает на 110 странице своей документальной книги «Ультиматум» и немецкий писатель Гюнтер Штейм. Книга была переведена на украинский язык в 1984г. и издана в киевском издательстве ЦК комсомола Украины «Молодь». И, как ни странно, но тогда на Украине и даже в самом Харькове никто не оспаривал этот факт.

Почему же сейчас, когда появились публикации военно-архивных исследований организации «Альтруист», разразились протесты титулованных военных оппонентов?